Криптофизический комитет
!
Республика Беларусь
Карта сайта
НЕЗАВИСИМЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В ОБЛАСТИ КРИПТОФИЗИКИ

ИССЛЕДОВАНИЯ
ПРОЕКТЫ
АНАЛИТИКА

СТАТИСТИКА САЙТА

Войти через соцсети


Сейчас на сайте: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Главная » Центральный архив » Республиканский архив » Республика Беларусь

Чёрная и белая магия в Беларуси
Автор: Александр ГАЛЬМАК
Источник: «Секретные исследования» № 15 (56) Август 2001 г. Стр. 12-13.
  Версия для печати

Занятие магией в различных её формах является одной из древнейших на Земле профессий, распространенной по всему миру также широко, как и другая, не менее известная древнейшая профессия. Колдовству, магии, чародейству и всему тому, что выдающийся этнограф и исследователь культуры первобытного общества Э.Б. Тайлор (1832-1917 гг.) объединял общим понятием тайноведение. посвящена обширная литература, насчитывающая тысячи художественных, научных и научно-популярных книг, а также десятки тысяч журнальных и газетных статей. Древнеегипетские жрецы, африканские колдуны, шаманы народов Севера и Сибири, ведьмы средневековой Европы - вот наиболее популярные темы большей части этих публикаций.

В то же время в тайноведении имеются темы, число публикаций по которым исчисляется единицами, а степень изученности близка к нулю. Магия на Беларуси — одна из таких малоизученных тем. Например, в своей книге "Первобытная культура" (1871 г) Э Б. Тайлор, приводя в главе IV, посвященной магии, многочисленные примеры со всего мира, только один раз упоминает "Литовское правило отнимать от груди мальчиков во время прибыли Луны, а девочек на ущербе, без сомнения для того, чтобы сделать мальчиков крепкими, а девочек нежными и деликатными". Слово "литовское" никого не должно вводить в заблуждение, так как во времена Э.Б. Тайлора в Европе ещё была жива память о Великом княжестве Литовском в составе Речи Посполитой, а территорию современной Беларуси, в первую очередь её центральную и западную части, все еще продолжали называть Литвой.

Белорусская тематика могла быть представлена в "Первобытной культуре" значительно шире, если бы Э.Б. Тайлор имел в своем распоряжении изданную в 1844 году на польском языке книгу Яна Борщевского "Шляхтич Завальня или Беларусь в фантастических рассказах". Магические силы, воздействующие на героев книги; духи, чародеи, вовколаки и привидения, населяющие её страницы, взяты Яном Борщевским из старинных народных поверий и преданий, бытовавших среди населения нынешней восточной части Беларуси (территория современных Могилевской и Витебской областей). которые он подверг талантливой литературной обработке.

В конце XIX, начале XX столетий появилось несколько работ, в основном описательного характера, посвященных белорусскому фольклору, в которых, в чем нет ничего удивительного, содержалась и кое-какая информация о тайных знаниях белорусов. Затем вплоть до конца 80-х годов прошлого века белорусская мифология и связанная с ней тема магии на Беларуси практически не разрабатывались, что, по-видимому, можно объяснить в немалой степени идеологическими причинами. В этот период белорусские авторы и белорусские издания, писавшие о тайноведении. почти не обращались к белорусской тематике. Между тем, даже поверхностное знакомство с устным народным творчеством белорусов убедительно доказывает, что колдовство, знахарство и все, что с этим связано, занимали значительное место в жизни наших предков.

В конце 80-х годов минувшего столетия, когда резко возрос интерес ко всему белорусскому, тема мифологии и тайноведения белорусов вновь стала актуальной. Наибольший вклад в разработку этого направления внес и продолжает вносить известный белорусский учёный, профессор A.M. Ненадовец, опубликовавший по данной тематике серию книг, последняя из которых "Сілаю слова. Чорная і белая магія" вышла в 2002 году в издательстве "Беларусь".

На наш взгляд, эта книга, с содержанием которой, насколько это возможно в небольшой статье, мы хотим познакомить читателей "АГ Секретные исследования", представляет для них несомненный интерес. При этом мы понимаем, что никакой пересказ, никакая рецензия не заменят чтение самой книги, в которой собраны наблюдения и фольклорные записи, делавшиеся автором в экспедициях по всей Беларуси на протяжении более чем двадцати лет. Поэтому надеемся, что те, кто заинтересуется уже исчезнувшей с книжных прилавков книгой "Сілаю слова. Чорная і белая магія ", все-таки смогут ее найти.

В самом начале книги, предваряя основное повествование о магии на Беларуси, автор пишет о мифе и магии вообще, о связи, которая существует между ними, а также об их роли и месте в жизни общества на разных этапах его развития.

То, что сегодня называют мифом, в представлении предков было стремлением к более полному осмыслению и объяснению того, как возник окружающий мир. как складывались отношения между людьми, племенами. народами, как формировалась культура. Под магией же обычно понимают круг представлений, в силу которых один человек мог оказывать сверхъестественное влияние на других людей, на развитие событий, даже на всесильные явления природы. Считается, что идея сверхъестественных сил, магических заклинаний возникла от бессилия человека перед таинственной и грозной природой и неподвластной ему социальной реальностью. В мифе и магий закреплен большой социальный опыт, который позволяет человечеству преодолеть узость своих архаических представлений и сделать шаг в направлении более реалистического, более объективного осмысления природы, явлений и процессов, которые в ней постоянно происходят.

С течением времени магия выделилась из мифологического мира предметов, явлений и персонажей и стала профессиональным занятием определенной прослойки людей, которые в силу своего якобы могущества представлялись своим соплеменникам наделенными магическими способностями и постепенно отдалялись от других, формируя обособленную, непонятную, недоступную и таинственную группу людей, играющих значительную роль в жизни общества. Назывались эти люди в разных местностях по-разному. В Беларуси часто одного и тот же человека считали одновременно и колдуном, и знахарем, и чародеем. Именно такой точки зрения, не разделяющей понятия "чародейства" и "знахарство", придерживается в своей книге A.M. Ненадовец.

Обычно колдунов и знахарей просили о ниспослании дождя, о хорошем урожае, они также могли предсказывать будущее по звездам или по полету птиц, напускали злые слова - проклятия (заклятия) и другие элементы колдовства на врагов своих клиентов. Если колдовство, которым пользовались знахари, приводило к активному действию добрых духов и приносило пользу, то оно характеризовалось как белая магия. Черная магия, её ещё называют вредоносной, обращалась за помощью к злым силам, она всегда считалась антисоциальной, и наши предки всегда полагали, что в основе её лежат самые дурные намерения.

ЧЕРНАЯ МАГИЯ

В книге "Сілаю слова. Чорная i белая магiя» автор на первый план выводит более распространённую чёрную магию, представителей которой он называет чёрными или злыми колдунами. По твёрдому убеждению наших предков, чёрные колдуны были связаны с нечистой силой. Их взгляд и страшные слова могли натворить много различных бед и несчастий: наслать и вылечить болезнь; сделать так, что муж и жена ни дня не смогут прожить без ссор и скандалов; расстроить свадьбу; наслать грозу, ураган, бурю с громом и молниями, которые разбросают хозяйственные постройки, уничтожат урожай на полях, и всё это вместе взятое приведёт крестьян к голодной смерти; вызвать небывалую по своей продолжительности и безжалостности засуху; превратить людей в вовколаков, жаб, собак, котов.

Одним из важнейших типов магии, имеющей значительное пересечение с вредоносной магией, является так называемая метеорологическая магия, её ещё называют магией погоды, распространённая во все времена и у всех народов. И среди белорусов с давних времён было широко распространено мнение, что колдуны способны чрезвычайно активно влиять на природные явления, могут управлять природной стихией, насылать её на конкретную местность, деревню, поселение. Таких колдунов считали наиболее страшными.

К метеорологической магии относятся. например, магические обряды и ритуалы вызывания ветра. Во всех регионах Беларуси технология вызывания ветра была одна и та же, отличие лишь в мелких, незначительных деталях. Выглядит она следующим образом: 1) колдун ловит в лесу или на болоте гадюку, чаще черную; 2) убивает ее: 3) вешает ее на высокое дерево, обычно на березу. В некоторых местностях, прежде чем повесить гадюку на дерево, с нее сдирают шкуру, которую выбрасывают в воду. Для того чтобы задать определенное направление ветра, гадюку подвешивают с той стороны дерева, откуда должен дуть ветер, или растягивают вдоль сука, головой туда, куда должен быть направлен ветер. После выполнения указанных ритуальных действий поднимается сильный ветер, способный валить с ног людей и животных, поднимать в воздух стога сена и разбрасывать их далеко по окрестностям, срывать крыши с домов.

Среди колдунов встречались и такие, которые могли вызвать не просто сильный ветер, а наслать настоящую бурю. Таких людей, по подсчетам A.M. Ненадовца. было не более одного на два-три района. если иметь в виду современное территориальное деление Беларуси.

Значительно проще, чем ветер и бурю, можно было вызвать дождь и грозу. Для этого колдун шел к кринице, шептал над ней непонятные и неслышные для других слова, затем набирал в пригоршни воду и разбрызгивал ее. Такие действия могли повторяться несколько раз, например, три по три раза. Брызгали водой обычно в ту сторону, куда хотели наслать грозовые тучи. Сила грозы зависела от того, какое количество воды подвергалось магическому воздействию.

Во время сильных гроз от молний часто случались пожары, которые, как и сами грозы, считались вызванными черным знахарем. Такие пожары можно было тушить только коровьим молоком и ни в коем случае водой. Если кто-то осмеливался вылить на огонь, вызванный грозой, хотя бы одно ведро воды, то черный знахарь, который в таких случаях всегда находился где-то рядом, насылал еще Рлпмпий гнев не только на хозяйство такого смельчака, но и на него самого. Страх неминуемого возмездия был так силен, что дома сгорали дотла, выгорали целые деревни, а люди только стояли и молча смотрели.

Ясно, что никакой пожар молоком не затушишь. Поэтому в некоторых местностях при тушении грозовых пожаров использовался упрощенный способ, согласно которому пожар можно было тушить и водой, но первое ведро, вылитое в огонь, должно быть обязательно наполнено молоком.

Белорусам известен еще один способ тушения пожаров, вызванных молнией во время грозы, использовавшийся, правда, гораздо реже, чем тушение молоком. Считалось, что желтый песок, напоминающий своим цветом желтый огонь, способен заставить последний отступить. Поэтому песок, которым засыпали огонь, должен был быть не любым, а именно желтым. Такой песок всегда хранили возле деревянных построек.

В сельской местности, да и не только в сельской, еще и сейчас устанавливают пожарные щиты, обязательным атрибутом которых является ящик, наполненный ... желтым песком. Другого песка в таких ящиках нам нигде и никогда видеть не доводилось. Выходит, что древний обычай дожил до наших дней, и мы, хоть и неосознанно, придерживаемся его.

Кроме ветра, бури, грозы черные колдуны могли создавать на нужной им территории и град. для этого им достаточно было пошептать над куском льда. Для выпадения града выбирался самый неподходящий момент, когда на полях поспевала рожь, а в садах и на огородах созревали фрукты и овощи. Найти летом лед было не проблемой, так как многие хозяева заготавливали зимой речной или озерный лед, который затем пересыпали опилками и хранили в погребах. Остановить или предотвратить град можно было, забросив хлебную лопату, лучше несколько лопат, во двор колдуна. Существовали и другие способы защиты от грозы и града, причем связанные не только с исполнением каких-то ритуальных действий, но и словесные - заговоры.

С черной, вредоносной магией соприкасается и так называемая промысловая магия, тесно связанная с рассмотренной выше магией погоды. Под промысловой магией подразумеваются магические обряды, имеющие отношение к различным видам хозяйственной деятельности. Поэтому промысловую магию называют еще "экономической", "хозяйственной" или "производственной".

Огромный вред хозяйственной деятельности белорусских крестьян приносили заломы, завитки и закруты, появлявшиеся на хлебных нивах, когда рожь и пшеница наливались, что совпадало, как правило, с праздником Купалы. В заломах пучок стеблей перевязывали льняной ниткой или красной ленточкой и переламывали его в ту или иную сторону, в завитках два пучка стеблей скручивали каждый в виде жгута и завязывали сверху в форме арки, в закрутах пучок стеблей скручивали жгутом и завязывали на узел. Все это было, по убеждению народа, делом рук чёрного колдуна.

Создание заломов сопровождалось соответствующим заговором, в котором говорилось, на чью голову залом ломается, какие страдания должен тот человек претерпеть и какой смертью умереть. Заломы заламывали не только на людей, но и на животных.

Обычному человеку под страхом смерти и болезней нельзя было прикасаться к заломам. Во время жатвы жнеи внимательно присматривались, чтобы не зацепить залом, а тем более сжать его. Если находили залом, то, не притрагиваясь к нему, аккуратно срезали колосья вокруг него. Только опытные знахарь или знахарка встречным заговором могли уничтожить колдовскую силу залома и предотвратить страшную опасность, которая подстерегала того, на кого он был заломлен. В конце XIX - начале XX столетий все чаще стали фиксировать случаи, когда крестьяне для нейтрализации колдовской силы заломов стали обращаться не к знахарям, а к служителям церкви.

Собранный урожай не всегда удавалось сохранить, так как злой знахарь мог наслать на него полчища мышей. Для этого темной ночью, когда все спят, поймает он мышь, пошепчет над ней и запустит в чужой амбар. От нашествия мышей выручали добрые знахари, произнося соответствующие заговоры.

Одним из самых страшных проявлений черной магии были эпидемии и мор, которые могли одновременно охватывать огромные территории и от которых вымирали целые поселения и города. Напустить мор способны были только самые злые колдуны.

Спасались от мора и эпидемий традиционным, известным с давних времен способом. Шли семьями в лес, широко расходились, чтобы не контактировать между собой, и жили там обособленно довольно продолжительный период времени. Кормились тем, что успели с собой прихватить, а также собранными в лесу грибами и ягодами. После прекращения мора возвращались на прежние усадьбы. Иногда селились на новых местах, чтобы ничто не напоминало об ужасной трагедии.

Для защиты людей и животных от мора и эпидемий применялось еще одно довольно простое и доступное средство - обкуривание дымом можжевельника. Часто в костры подбрасывали всякую дохлятину, чтобы вони было побольше. Считалось, что чем больше вони, тем больше шансов уцелеть людям и животным.

Черные колдуны могли вмешиваться и в семейную жизнь. Сильнейшие из них способны были расстроить любую свадьбу. Для этого под ноги лошадям из свадебного поезда, перевозящего невесту в дом жениха, они незаметно подбрасывали 9, иногда 10 или 11 горошин, предварительно проделав с ними определенные магические манипуляции.

Заколдованные горошины являлись непреодолимым препятствием для лошадей, которые сами становились заколдованными и не могли сдвинуться с места, как бы их не погоняли. Для того чтобы расколдовать лошадей и продолжить свадебную церемонию, нужно было под ногами лошадей найти не менее трех заговоренных колдуном горошин и бросить их в огонь. После этого свадебный поезд мог продолжить свой путь, на котором его могли подстерегать новые козни черного колдуна. Свадебный поезд мог сбиться с правильной дороги, заехать в глухой лес, в гнилое болото или просто кружиться на одном месте до самого утра. Чтобы такого не случилось, отец невесты перед тем, как отправить ее в дом жениха, стрелял в воздух из ружья, отпугивая нечистую силу.

Самым страшным проявление колдовства во время свадеб было превращение целых свадебных поездов в стаи вовколаков. Подробно описывая такие превращения, A.M. Ненадовец в то же время приводит в своей книге многочисленные факты, свидетельствующие о том, что предания и легенды о превращении людей в волков и других животных распространены по всему миру. Упоминает он и Геродота, писавшего о каких-то людях, которые хотя бы раз в год превращались на несколько дней в волков. Интересно, что предположительным местом обитания этих людей-оборотней считаются долины белорусских рек Пины и Припяти.

Повествование о черной магии в книге A.M. Ненадовца завершается разделом под названием "Смерць чорных варажбiтоу", в котором рассказывается не только о смерти черных колдунов, но и том, как их хоронили и каким жестоким наказаниям подвергали в случае разоблачения.

Всем известно о сожжении ведьм во Франции, в Германии, в Испании и ее колониях. Но мало кто слышал о том, что ведьмы и колдуны сжигались и во многих белорусских городах и местечках. Делалось это по законам Великого княжества Литовского и Русского, главными инициаторами принятия которых были.иезуиты. Соответствующие законы просуществовали со второй половины XVI века и почти до конца XVIII века. Дела о колдовстве рассматривались как в духовных, так и в светских судах. Некоторое представление о деятельности этих судов можно составить, ознакомившись с приведенными в книге A.M. Ненадовца" материалами конкретных судебных процессов, проходивших в XVII веке в Россонах, Пинске, Минске, Слуцке, Лиде, Бресте.

Справедливости ради, следует отметить, что в наших краях охота на ведьм и колдунов не получила такого размаха, какого она достигла в Центральной и Западной Европе, где большинство стран, по примеру Священной Римской империи, включили колдовство как уголовное преступление в свои кодексы законов. Статут Великого княжества Литовского и Русского не имел подобной статьи.

БЕЛАЯ МАГИЯ

Противовесом черной магии выступала белая магия, проводниками которой являлись добрые знахари и колдуны, пользовавшиеся всеобщим уважением и почитанием. Основным их занятием было лечение болезней, охранение домашних животных, поддержание мира в семейных отношениях, шептание на успех задуманного или осуществляемого дела, разрушение колдовства черных колдунов и колдуний. Добрые знахари брались лечить любые болезни. Их "врачебная" практика обычно представляла собой переплетение приемов народной медицины с различными магическими действиями, которые, как правило, сопровождались произнесением соответствующих данной болезни заговоров. Приемы лечения, монополизированные в руках знахаря, недоступные обычному человеку, неизбежно рассматривались окружающими как таинственные, загадочные, чудодейственные.

В основу лечебных магических обрядов положен стихийный опыт далеких предков, которые на протяжении многих столетий создали богатейший арсенал лечебных средств и приемов, многие из которых являются несомненно эффективными. В лечебных целях применялись разные припарки, перевязки, горячие бани и кровопускания; к ранам прикладывали жир, птичий помет, толченую кору, высушенных и перемолотых в мелкий порошок толченых змей и ящериц; к нарывам и опухолям прикладывали горячий пепел, женское молоко; при змеиных укусах применялись перевязки, высасывание крови из раны; при головных болях пускали кровь; при переломах костей накладывали шины. Известны были и различные внутренние средства - настойки трав, растений, коры. Как слабительное, например, употребляли мед, касторовое масло, эвкалиптовое масло. Обычным делом была акушерская помощь. Многие из перечисленных средств имеют аналоги и в современной медицине.

Знахарская "медицинская" практика сопровождала наших предков от рождения и до смерти. Например, для облегчения родов роженице давали выпить отвар из сухого чернобыля, а ее муж ложился возле порога своего дома с внутренней стороны, и жена девять раз переступала через него. Считалось, что новорожденный будет долго жить, если сильно закричит сразу же после своего появления на свет. Для обеспечения счастья и богатства новорожденного в дальнейшей жизни, в корыто, где его обмывали, отец бросал серебряные монеты. В некоторых семьях пуповины после рождения не выбрасывали, а специально сохраняли. Когда дети подрастали, мать незаметно давала им съесть собственные пуповины, чтобы дети, став взрослыми, не переругались при дележе родительского имущества.

Будущую судьбу ребенка определяли в зависимости от дня его рождения: в понедельник рождались лентяи; во вторник - трудолюбивые; в среду - наполовину лентяи, наполовину трудолюбивые; в четверг те, кто не доживет до старости; в пятницу - горькие пьяницы; в субботу - удачливые; в воскресенье те, кто вызывает к себе зависть.

Большое значение придавалось подбору кума и кумы - крестных отца и матери. Охотно шли в кумовья девушки. Считалось, что в таком случае они быстрее выйдут замуж.

Очень боялись молодые матери "черных" глаз злых людей, которые могли сделать так, что дети начинали болеть. Считалось, что от таких глаз может помочь только добрая знахарка, которая способна была даже указать, кто напустил на детей такую порчу. Надеялись только на всесильные заговорные слова. Добрых знахарей просили также, чтобы они своими заговорами дали ребенку здоровье, чтобы он крепко спал, не заходился по ночам криком

Ограниченный объем статьи не позволяет нам рассказать о всех сообщаемых в книге A.M. Ненадовца приемах и методах, применявшихся добрыми знахарями. Тем более невозможно привести огромное количество заговоров и шептаний, собранных автором книги по всей Беларуси. Расскажем вкратце лишь о некоторых приемах и заговорах любовной магии.

Самым действенным приворотным средством считались две косточки летучей мыши - вилки и крючок. Нужно было пойманную летучую мышь посадить в новый горшок, завязать его куском нового полотна и закопать ночью в муравейник. Возвращаясь после этого домой, нельзя оглядываться назад, нужно также заткнуть уши, чтобы не слышать писк летучей мыши. Через три недели достают горшок из муравейника. За это время муравьи съедают всю летучую мышь, оставив только две косточки: крючок и вилки. Для того чтобы приворожить кого-то, достаточно только незаметно подтянуть его к себе крючком. Если же оттолкнуть вилками, то весь любовный пыл как рукой снимет.

Есть способы и попроще. Если парень не любит девушку или наоборот, надо поймать черную курицу, сварить ее, съесть все мясо, а парню (девушке) подбросить незаметно в суп куриные глаза, а вот совсем простой способ для девушек, которые для приворота парня, дождавшись молодой луны, начинают кружиться на пятке правой ноги, приговаривая при этом: "Молодой месяц, кружи вокруг меня женихов, как я кружусь вокруг тебя".

Добрые знахари подсказывали, что молодой женщине делать, какие слова шептать, чтобы горячо любил молодой муж, не засматривался на других женщин. Для этого утром, когда умываетесь, смотрите внимательно в зеркало и три раза повторяйте, сплевывая через левое плечо: "Как люди смотрятся в зеркало, так бы и муж смотрел на жену и не насмотрелся, а мыло как быстро смывается, чтобы и муж также быстро полюбил, а рубашка как на теле белая, чтобы и муж был такой светлый и ясный".

Учили знахари и тому, какие обязательные действия должна предпринимать жена, чтобы отвадить своего мужа от другой женщины. Для этого нужно насыпать в его следы или просто на дорогу, по которой он шел, еловые иголки, а можно положить их или еловые лапки под крыльцо той женщины, к которой он ходит. Если женщина эта живет в казенной квартире, то возле ее подъезда закапывают ножницы.

Там, где неверность, там и постоянные ссоры, скандалы и слезы. Добрые знахари и здесь знали, что делать. Нужно взять кусочек платка, которым вытирали слезы, и сжечь его вечером на свечке, приговаривая при этом: "Ты сожги огонь мои слезы горючие, загони беду в лес дремучий, пусть она там заблудится и никогда в дом не вернется, пусть у мужа моего сердце сожмется, недобрым словом язык не осквернится, чтобы в дом мне входить не с опаской, чтобы век свой прожить с мужем ласково". Повторить эти слова надо три раза, а утром подмешать мужу в завтрак пепел сожженного платка.

Существенным элементом магических обрядов, на который A.M. Ненадовец обращает в своей книге пристальное внимание, является поведение знахаря во время шептания заговоров, лечения больных людей и животных, в процессе ликвидации вредного влияния всевозможных нечистых сил на хозяйственные постройки, на поля, урожай и т.д. Эта сторона деятельности знахарей и колдунов специально в белорусской научной литературе вообще не рассматривалась. Зафиксированы только случайные эпизоды того, как осуществлял свое шептание знахарь, но при этом не делалось никакой попытки исследовать поведение самого знахаря. В отличие от A.M. Ненадовца, авторы зафиксированных научно-поэтических произведений даже не догадывались, как все это важно и необходимо, что все это может понадобиться в процессе дальнейшего изучения народных заговоров и шептаний, колдовства, а также для того, чтобы восстановить многие, почти навсегда утраченные связи народного лечения с магией и ритуально-магическими действиями.

Подавляющее большинство знахарей, к которым доводилось обращаться автору книги, узнав о его профессиональном интересе к их деятельности, отказывались раскрывать свои секреты и демонстрировать свои сверхъестественные способности. Объясняли они это тем, что "раскрытые" заговоры утрачивают свою силу. В таких случаях автор книги особенно не настаивал и просил рассказать что-нибудь такое, что не теряло бы своей чудесной силы после записи. Если человека удавалось разговорить, то он наговаривал много интересного. К тому же во время разговора случалось так, что знахарь забывался и шпарил цитатами из своих "засекреченных" произведений. Только успевай записывать.

В единичных случаях использовались и другие, более изощренные и неординарные методы сбора информации. Предпринятая однажды A.M. Ненадовцом попытка понаблюдать за действиями знахаря из укрытия, оставаясь незамеченным, убедила его в способности некоторых знахарей чувствовать присутствие затаившегося невдалеке человека. На этом случае, чуть не закончившемся для автора книги трагически, стоит остановиться особо.

Узнав как-то о сильном знахаре по имени Сахвей из деревни Богдановка Лунинецкого района Брестской области, способного эффективно заговаривать и излечивать от змеиных укусов, автор книги решил понаблюдать за его действиями, незаметно пробравшись во двор знахаря. Вот как описывает все случившееся далее сам A.M. Ненадовец.

"Заметив в нескольких шагах от себя низенький погреб с небольшим окошком в задней стене, я переполз в это укрытие. Вот так удача! Это был настоящий наблюдательный пункт.

Резко скрипнула калитка, и во двор зашла женщина... В хату она не пошла, а села на лавку... Женщина была не старая. Лет сорок или сорок пять от силы. Еще довольно статная и красивая.

Откуда появился дед, я не заметил. Он подошел к женщине, поздоровался и сел боком к ней, как будто специально, чтобы мне хорошо было видно, что он будет делать. Между ними состоялся короткий разговор.

- Ну как?
- Хорошо. Ничего не болит. Хорошо.
- Не тошнит?
- Нет.
- Голова не кружится?
- Да нет.
- Ну что же, тогда хорошо.

Дед подал женщине миску. Та начала есть. Наверное, кислое молоко. Всего несколько ложек. Когда съела, он дал ей в руки, точнее в правую руку, нож и начал шептать. Шептал несколько минут. Потом больная начала сильно стонать и выпрямлять ноги, поднимая их высоко над землей. Неожиданно она затихла и успокоилась. Старик взял ее за руку с ножом и положил себе на колени.

Так и держи, голубка! - послышалось мне. Сахвей снова начал шептать. Закончил ... и резко обернулся в мою сторону. Некоторое время неподвижно смотрел на погреб, потом три раза плюнул на землю, что-то сказал и перекрестил ту сторону двора, где я находился. После снова начал что-то делать. Что? Мне уже было не до этого, потому что почти сразу после этого у меня начало шуметь в голове, а потом я почувствовал, что у меня дрожат колени... Я догадался пролезть через окошко и пополз вдоль огорода в сторону леса. Сколько полз - точно не знаю. Знаю только, что дополз. Расстояние - шагов 100-200, и больше ничего не помню.

Очнулся в лесу под развесистой березой от того, что шел теплый дождь... Поднявшись и ошеломленно осмотревшись, я некоторое время вообще не мог сообразить, что случилось...

Про этот случай я рассказал осенью другому знахарю из деревни Богдановка. Только я рассказывал ему как будто не про себя, а про своего друга. Дед Ничипор, хитро посмеиваясь, ответил:

- Глаза твоего... Кхе-кхе-кхе... друга совпали с глазами знахаря. Вот и все. Хорошо, что удрал. Могло случиться, так и не выбрался бы из погреба. Нужно было не смотреть на старика, а голову наклонить вниз или отвернуться".

В заключение отметим, что книга A.M. Ненадовца появилась очень своевременно, зафиксировав для широкого круга читателей то, что наиболее стремительно отмирает в устно-поэтическом наследии белорусов - древний мифологический пласт, к которому и относились на первоначальном этапе развития общества магия и знахарство.

Хорошо, что книга о черной и белой магии на Беларуси издана на белорусском языке. Будет совсем замечательно, если появится русский перевод этой интересной книги, недоступной пока для тех, кто не владеет белорусский языком, в частности, для многочисленных читателей "АГ Секретные исследования" за пределами Беларуси.

Похожие материалы:

Тип: Статья в газете (журнале) | Добавлено: 08.04.2016 | Просмотров: 2108 | Рейтинг: 0.0/0

Система OrphusЗаметили ошибку?
Выделите её и нажмите CTRL + ENTER
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Главная | О нас | Наши коллеги | Пресса о нас | Контакты | Форум
Уфология | Криптофизика | Проекты | Аналитика
Центральный архив | Библиотека